Санкт-Петербург, Исаакиевская площадь, дом 4

Осницкий А.В.

 

 

Проблемы медико-психологической и социальной адаптации

освободившихся из мест лишения свободы.

(опыт взаимодействия государственных учреждений

и общественных организаций)

 

90-е годы уходящего столетия ознаменовались в нашей стране обострением политических, экономических и социальных проблем. Экономическая дифференциация общества породила массу разнообразных кризисных явлений. Особенно обострились социальные, медицинские и психологические проблемы лиц без определённого места жительства и занятий и освободившихся из мест лишения свободы - социально дезадаптированных и больных. Невозможность наладить нормальный образ жизни и решить проблемы трудоустройства, жилья, медицинской помощи, пенсионного обеспечения, получения пособий, реализации любых гражданских прав, нельзя назвать узкоспециальными, поскольку заражение окружающих инфекционными заболеваниями, в частности, туберкулёзом и всех и каждого. И в этом, наверное, проявляется великий Вселенский закон баланса справедливости, который не позволяет кому-то жить и чувствовать освободившиеся из мест лишения свободы, составляют основной костяк и потенциальную базу образования социально отверженных категорий населения. Из них формируются группы БОМЖей, наркоманов, проституток, инфицированных больных, правонарушителей и преступников. Социальная неадекватность поведения этих лиц, нарушение ими норм межперсональных конфликтах. Поскольку основными формами их психологической защиты являются «отреагирование», «перенос» и «проекция» на близкое окружение, то естественно, накапливается ощущение нетерпимости окружающих и самих отверженных к таким формам психологической защиты, как малопродуктивным и порождающим взаимное, порой запредельное напряжение, усталость и агрессию. Иначе говоря, по законам самосохранения, общество отторгает лиц, принадлежащих к этим группам, старается отгородиться и не замечать их. Но и категории отверженных, по соображениям того же самосохранения, вторгаются в общество, стремясь обрести в нём своё место и бессознательно мстят ему за своё отторжение. В результате возрастает социальная напряженность и агрессия, обостряются социальные, экономические, медицинские, психологические и духовные проблемы. Неконструктивность социализации и снижение уровня адаптивной нормы приводит к развитию психосоматических заболеваний, функциональных расстройств и ускорению хронизации соматической патологии, часто проявляющейся в инфекционных формах. К подобным проблемам, как наиболее важным и опасным, следует отнести наркоманию, ВИЧ-инфекцию, венерические заболевания, гепатит и туберкулёз. С начала 90-х годов рост заболеваемости туберкулёзом в Северо-западном регионе увеличился на 189%, что в 1999 году составило 66,2 на 100 тыс. населения. В регионе наблюдается постоянный рост накопления больных, что на наш взгляд, напрямую связано с отсутствием эффективно действующей профилактической системы. Так, накопление больных, недостаточная выявляемость заболеваний, изоляции и локализации групп риска, и соответственно, распространение туберкулёза возросло со 171,9 в 1996 году до 200,2 в 1999 году. По данным медицинской статистики в Санкт-Петербурге заболеваемость туберкулёзом возросла за последние пять лет на 46,1%, смертность выросла в 2,8 раза. Количество ежегодно инфицирующихся туберкулёзом людей в 10 раз превышает таковое в развитых странах (показатели официальной статистики существенно занижены, поэтому все цифры реально больше как минимум в 1,5 раза). Заболеваемость в учреждениях ГУИН (СИЗО) в 50-70 раз выше, чем в целом по городу. Таким образом, ситуацию по туберкулёзу определяет группа больных с асоциальным образом жизни, являющаяся опасным очагом распространения этой инфекции. Следует так же отметить специфическое воздействие микобактерии туберкулеза на психические состояния личности. Кроме патологического влияния на соматические структуры организма, микобактерия туберкулёза значительно повышает степень агрессивности и нигилизма, что, в свою очередь многократно усиливает тенденции девиантного асоциального поведения. В ближайшие 2-3 года, при имеющемся уровне противотуберкулёзной помощи, и малоэффективных социально-профилактических мероприятиях неизбежно дальнейшее развитие социально-психологической напряженности, рост заболеваемости и смертности от данной инфекции. Таким образом, сохраняющееся и усиливающееся эпидемиологическое неблагополучие и накапливающиеся отрицательные тенденции, указывают на необходимость усиления системы противотуберкулёзных мероприятий. Данные мероприятия должны, прежде всего, быть обращены на социально отвергаемые слои населения: безработных и бездомных, среди которых немалое количество бывших заключённых. Другим важным медико-социальным аспектом данной проблемы является то, что освободившиеся из заключения, представляют собой опасность как потенциальная база группы риска по таким явлениям, как наркомания, гепатит и ВИЧ-инфекция. В последнее время распространение данных заболеваний приобретает катастрофический характер и разрастается до масштабов эпидемии. В России с1987 года по 2000 зарегистрирована 31 000 случаев ВИЧ-инфекции. Из них 14 000 случаев приходится на 1999 год, что в 14 раз больше чем за 9 лет с 1987 по 1995 годы. При чём, если в первый период ВИЧ-инфекция распространялась, в основном, половым путём через гомо- и гетеросексуальные связи, то после 1996 года произошёл сдвиг в сторону инъекционного употребления наркотиков. Сейчас шприцевые наркоманы составляют около 80% всех случаев ВИЧ-инфекции с известным путём заражения. Другой эпидемией, так же затрагивающей прежде всего социально отверженные категории и, в том числе, бывших заключенных, не охваченных системой профилактики, являются венерические заболевания. Рост венерических заболеваний по стране за последние 10 лет увеличился более чем в 60 раз. Так, если в 1988 году на 100 000 населения приходилось 4,2 венерически зараженных, то в 1996 этот показатель составил 263 зараженных на 100 000. В отдельных регионах этот показатель достигает 500 случаев на 100 000 (Калининград).

Естественно, что одной из важнейших причин низкого уровня социальной и медико-психологической адаптации бывших заключённых, является отсутствие у них постоянного места жительства и, как следствие, невозможность регистрации и учета в различных органах и фондах.

По расчётным данным, в Санкт-Петербурге проживает более 50 тысяч граждан не имеющих определённого места жительства. Из них 63% - коренные жители, около 30% - лица предпенсионного и пенсионного возраста.

Ежегодно в Санкт-Петербург возвращается более 7 тысяч бывших заключённых. Около 25% из них нуждаются в жилье, которое утрачено в связи с разменом, продажей родственниками (25,7%), смертью родителей (14,2%), разводом с женой (31,6%), проживанием в общежитии (20%), выпиской после осуждениям (5,7%). При этом катастрофически утрачивается маневренный фонд жилой площади, из состава которого раньше бывшие заключённые получали жильё. Таким образом, лица, освободившиеся из мест лишения свободы, становятся сырьевой базой роста организованной преступности, повышения уровня криминогенности в виде наркомании, токсикомании, правонарушений. Надо отметить, что такой же базой потенциального роста преступности являются временно социально отверженные категории взрослых: безработные; малоимущие; лица, оказавшиеся в кризисной ситуации, вследствие перенесённого насилия или социальных катаклизмов. Эти группы населения, порой, особенно неприязненно относятся к лицам, прибывшим из мест лишения свободы, как к своим потенциальным конкурентам с одной стороны, и как к персонифицированному проявлению своей потенциальной перспективы с другой. Общий рост безработицы делает лиц, вышедших из мест заключения, почти неконкурентоспособными на рынке труда, что усиливает проявление патологических тенденций описанных выше. Существование данного порочного круга их жизнедеятельности, способствует формированию и развитию различных форм синдрома зависимости. К таким формам следует отнести и хорошо знакомые типы нарко- и алкогольной зависимости, включающих токсикоманию, и достаточно новые типы бытовой, игровой и информационной зависимости. Под последними мы имеем в виду социально-психологические механизмы передачи ответственности за своё существование в ведение социально-информационных структур тоталитарного толка, к которым относятся религиозные секты, организации биорегуляции, психоэнергетики и тому подобные. Надо отметить, что бывшие заключённые часто становятся жертвами разнообразных псевдоцерковных сект и объединений тоталитарного толка из различных конфессий и религий. В данное время в Санкт-Петербурге действует более 350 сект и религиозных объединений, охвативших своим влиянием более 100 000 человек. Некоторые религиозные организации специализируются непосредственно на «помощи» бывшим заключённым или на контингенте отбывающим срок наказания. Бесконтрольность со стороны органов власти, Министерства Юстиции, ГУИН и других государственных учреждений за деятельностью подобных организаций, вызывает большую тревогу. Группы бывших заключённых - людей с социально негативным прошлым и криминальным опытом, подвергающиеся психологической обработке и информационному зомбированию, вызывающему изменённое состояние сознания (например, на почве лжепатриотизма, национализма и религиозной нетерпимости) представляют собой потенциальную опасность.

Для решения проблем медико-психологической и социальной адаптации необходимо создание единой адаптационной системы, объединяющей усилия специалистов разного профиля по выработке стратегии социальной, психологической и правовой адаптации, включающей в себя научно-исследовательскую, учебно-образовательную и практически действующую составляющие.

Городу необходима сеть реабилитационных центров, располагающей психологами, врачами, социальными работниками и поддержкой правоохранительных органов, структур и организаций второго и третьего сектора.

Сегодня, к сожалению многие лидеры общественных организаций и государственные служащие пребывают в иллюзии, что необходимо только предоставить жильё, одежду, питание, медико-психологическое обслуживание, социальную заботу, и лица с криминальным прошлым тотчас же устремятся к социально приемлемому образу жизни. Опыт показывает, что для адаптирования любых социально отверженных категорий населения нужно создавать условия, стимулирующие их личностную активность. Пока человек не начнет активно действовать и бороться за изменение своего социального статуса, он будет пребывать в состоянии зависимости, социальной ослабленности и нервно-психического напряжения. Подобные состояния, порождаемые иждивенческим образом жизни, бывшим заключенным хорошо знакомы (как правило, ещё с тюрьмы) и являются для них нормой. Адаптация и социализация бывшего заключенного состоит именно в коррекции этих норм и состояний. При разумной организации работы адаптационной системы такая коррекция вполне возможна. И, как это не парадоксально, правильная организация заботы об освободившихся не требует больших капиталовложений.

Так, например, содержание приюта, где бывшие заключенные пассивно ожидают решения своих проблем, - дело, требующее немалых бюджетных затрат. С другой стороны, благоустройство и чистота нашего города, состояние дворов, детских площадок и подъездов также финансируются из бюджета. Взаимное решение этих вопросов могло бы сократить финансирование по обоим проблемам. Эта возможность заложена в использовании трудоспособных постояльцев приютов на общественных работах по благоустройству города. К сожалению, в городе отсутствует система общественных работ и, соответственно, нет её финансирования. Необходима государственная поддержка организации научно исследовательской, учебно-образовательной деятельности и проведение практической работы на основе хозяйственной деятельности. Это позволит создать систему общественных работ по благоустройству и ремонту различных объектов городского хозяйства (совместно со структурами городской администрации). Если исходить из расчета, что в адаптационных приютах будет находиться по 20 постояльцев и на общественных работах они будут задействованы по 2 часа в день, то объем выполняемой работы составит более 1000 человеко/часов в месяц.

Для полноценной и эффективной адаптации необходимо создать достаточную сеть из небольших и разнообразных по профилю адаптационных приютов. Создание многоместных приютов нецелесообразно. Большая концентрация бывших заключённых быстро превращает пункт помощи в криминальный отстойник или тюремную зону, живущую по соответствующим законам. Необходимы также женские и специализированные приюты для инвалидов и больных. Таковых на сегодняшний день в Санкт-Петербурге нет и данные категории населения автоматически попадают в группы риска по криминальному признаку, ВИЧ-инфекции, туберкулёзу и т.д.

Недостаточно эффективной будет работа и при большом количестве приютов, если они будут действовать разрозненно. Только в единой адаптационной системе с возможностью перевода человека из одного приюта в другой (с ухудшением или, наоборот, с улучшением условий  проживания и труда), можно контролировать процесс адаптации и гарантировать повышение эффективности индивидуальной работы.

С целью повышения эффективности адаптационной работы среди лиц освободившихся из мест заключения и для создания дополнительной стимуляции включения данного контингента в адаптационный процесс ГУВД Санкт-Петербурга силами патрульных служб, необходимо проводить регулярные рейды по выявлению лиц БОМЖ и освободившихся не охваченных действием адаптационной системы. Все постояльцы приютов, занятых на общественных работах, обеспечиваются временными (сроком на одну неделю) регистрационными удостоверениями для предъявления их органам милиции. Лица БОМЖ , не имеющие соответствующего удостоверения, могут, по их желанию, направляться в адаптационные приюты или выдворяться из города. Целесообразность данных мероприятий определяется нашим 10-летним опытом адаптационной работы, который показывает, что без дополнительной внешней стимуляции, постояльцам приюта трудно принять и освоить адаптационный режим проживания и поведения (трудовые обязанности, наркологическое воздержание, соблюдение правопорядка). Если бы, в условиях действия совместной комплексной программы, представители органов правопорядка, патрулирующие улицы города и общественные места реально проверяли бы у лиц бомж регистрационные документы о проживании в приюте и прохождении адаптационно-трудовой программы и применяли бы необходимые санкции к лицам не имеющим таковых, то это бы значительно стимулировало их личную активность в использовании всех возможностей для нормализации своей жизни. С другой стороны, это способствовало бы снижению уровня криминогенности в городе за счет объективного дифференцирования потенциально «нормальных» членов общества и потенциальных правонарушителей и преступников.

Реализация подобной программы, острая потребность в которой наблюдается на всей территории России и стран СНГ, сталкивается с отсутствием: опыта эффективной адаптационной работы с населением, квалифицированных специалистов в области адаптации, образовательных программ по их подготовке. Поэтому создание эффективно действующей адаптационной системы, требует организации обучения специалистов по комплексной адаптационной работе (медицинские работники, педагоги, социальные работники и др.), обучения и переподготовки адаптируемого контингента по ремонтно-строительным специальностям и другим видам трудовой деятельности, необходимым городскому хозяйству. На наш взгляд, Санкт-Петербург, обладающий огромным научным и образовательным потенциалом, мог бы и в этом вопросе стать центром подготовки кадров и распространения эффективного передового опыта. Думается, что вполне уместно ставить вопрос о создании научно-исследовательского и образовательного института адаптологии, при котором бы работали опытные экспериментально-практические площадки в виде приютов, мастерских, обучающих курсов и т.д. Подобный институт мог бы разрабатывать и внедрять программу взаимодействия всех основных сил общества: государства, бизнеса, науки и общественной инициативы, которая лежит в основе успешной реализации деятельности системы адаптации. Пока эта задача локально решается силами научно-исследовательской лаборатории психического здоровья и адаптологии Санкт-Петербургской медицинской академии последипломного образования. Сотрудниками лаборатории являются специалисты различных профессий. Это врачи, психологи, педагоги, экономисты, социологи, и социальные работники. Задачей нашей лаборатории является научно-исследовательская деятельность в области проблем адаптации и практическая помощь различным категориям населения, испытывающим социальные, медицинские и психологические трудности. На основе проводимых в лаборатории научных исследований в области профилактики психического здоровья и проблем адаптации разрабатываются учебно-методические программы, интегрирующие ряд профессиональных знаний в области психологии, медицины, педагогики, юриспруденции, культурологии, религиоведения, богословия и социальной работы. Такая широта и разнообразие учебной информации объясняется потребностями практики. Например, личность, подвергшаяся воздействию религиозной секты тоталитарного толка, может испытывать огромные психологические трудности во взаимоотношении с окружающими (близкими, родственниками), идеологические трудности в области адекватного мировосприятия и ценностных ориентаций вследствие соблюдения деструктивных обрядов, ритуалов и диет, могут возникать осложнения со здоровьем, требующие вмешательства медицины, а также может возникнуть риск суицидной активности, девиантного поведения, приводящего к конфликту с правоохранительной системой и так далее...

Естественно, что специалист, решающий задачи оказания помощи человеку в таком состоянии, не может удовлетвориться объёмом профессиональных знаний в какой-либо одной области знания (медицина, право, богословие и другие). Специалистами лаборатории регулярно проводятся занятия и читаются лекции для врачей, психологов, социальных работников и педагогов. Создание необходимых комплексных учебно-методических программ требует соответствующей научно-исследовательской базы в области интеграции медицины, психологии, социологии, права, религии и искусства.

Сотрудниками лаборатории ведется исследовательская работа по соответствующим темам. Созданы и продолжают совершенствоваться лечебно-коррекционные программы медико-психологического консультирования, индивидуальной и групповой психотерапии невротических расстройств и нарушений коммуникативной деятельности. Исследуются и разрабатываются программы профилактики и оказания психологической помощи лицам, вернувшимся из заключения, подвергшимся насилию и находившимся в экстремальных ситуациях, опасных для жизни.

Ведутся перспективные исследования в области изучения психотерапевтического и коррекционного опыта регуляции других традиционных религий. По этой теме в 1993 году нами издана книга «Вопросы человековедения». К научному сотрудничеству привлекаются специалисты Российского Христианского Гуманитарного Института. Совместно с факультетом психологии Санкт-Петербургского Государственного Университета и Университетом Педагогического Мастерства ведутся научные исследования по теме «Социально-психологические аспекты дезадаптации личности педагога», где рассматриваются различные аспекты личностных кризисов учителей средних школ, порождаемых их профессиональной деятельностью.

В планах дальнейшей исследовательской деятельности лаборатории стоят разработки программ по личностно ориентированной и социо центрированной психотерапии зависимостей. Мы понимаем, что научно-исследовательская деятельность не может быть эффективной, если не имеет практической экспериментальной базы. При лаборатории работает общественная некоммерческая организация - экспериментальный Центр медико-психологической и социальной адаптации. За время своей работы Центр оказал медико-психологическую и консультативную юридическую помощь более 6000 человек. Более 10 тысяч нуждающихся из неполных и многодетных семей, инвалидов, пенсионеров и лиц, вышедших из заключения получили материальную помощь. В течении десяти последних лет мы осуществляем практическую работу по оказанию помощи людям, находящимся в кризисном состоянии, на базе психотерапевтического амбулаторного кабинета. При кабинете работает круглосуточный телефон Доверия ( 251-32-46 ), по которому человек может рассказать о своих трудностях и получить консультацию специалистов или записаться к ним на прием. Опираясь на большой духовный и психотерапевтический опыт Христианства, целительную силу искусства и на последние достижения науки в области философии, психологии, медицины, специалисты Центра оказывают помощь в выходе из личностного кризиса. За время работы помощью наших специалистов воспользовались около шести с половиной тысяч человек. Среди них:

  • Военные – 58 человек
  • Служащие (научные работники, преподаватели высшей школы, учителя, медицинские работники, инженеры) - 2545 человек
  • Рабочие-152 человека
  • Студенты - 1383 человека
  • Творческая интеллигенция - 71 человек
  •  Пенсионеры - 936 человек
  • Предприниматели - 72 человека
  • Безработные- 1583 человек.

В 1990 году нами был открыт первый в Санкт-Петербурге приют для человек, что составляет около 1,5 миллионов человеко-дней, хотя одновременно в приюте могут проживать не более двадцати человек. Как показал опыт, создание больших многоместных приютов нецелесообразно. Во-первых, потому, что значительная концентрация людей с общим криминальным прошлым снижает возможности адаптационной работы с ними из-за повышенной устойчивости их прежних стереотипов поведения и нормативов взаимоотношений. Во-вторых, из-за постоянного роста нервно-психической эмоциональной напряженности и повышенной конфликтности в психологическом микроклимате группы снижается её управляемость и соответственно повышаются затраты на обслуживание. Большая концентрация бывших заключенных при их неуправляемости превращает пункт оказания помощи в криминальный отстойник илитюремную зону открытого типа.

Наш приют обеспечивает обратившемуся за помощью проживание в течении одного месяца, питание, медицинское обслуживание, юридическую защиту и, в необходимых случаях, социальный патронаж и помощь в трудоустройстве, В приют для временного проживания принимаются лица, направленные районными наблюдательными комиссиями, правоохранительными органами и общественными организациями, принимающими участие в решении их проблем. Вполне естественно, что за месяц проживания в нашем приюте человеку крайне трудно решить все свои жизненные задачи (собрать нужные документы, получить и оформить регистрацию постоянного места жительства, устроиться на работу и т.д.). Для этого нами предусмотрена возможность пролонгирования срока пребывания в приюте при условии соблюдения правил проживания, наркологического режима и максимально активного личного участия в решении своих проблем. Особенно важным является последнее условие. За десять лет работы нам приходилось часто сталкиваться с бессознательной, а порой и вполне осознанной безответственной, пассивной и паразитической установкой бывших заключенных на решение задач по улучшению своей жизни. Неуверенный в себе, в своих силах человек, имея в прошлом негативный опыт взаимодействия с окружающими и не стимулируемый никакими внешними воздействиями в настоящем, часто скатывается «на дно жизни», пополняя ряды изгоев общества и профессиональных нищих. Нам известны случаи, когда наши подопечные отказывались от услуг и возможностей, предоставляемых им Центром из-за невозможности совмещать проживание в приюте со своим прежним девиантно-криминальным образом жизни. При нарушении режима проживания, мы отказываем человеку в дальнейшем предоставлении услуг, выдворяем из приюта и соответственно теряем его из вида. На этом наша работа с ним, к сожалению, заканчивается. Человек, обращаясь в другое учреждение или организацию, является для них tabula rasa и вновь совершает те же нарушения, с тем же конечным результатом. Это ещё раз подтверждает необходимость создания единого системного адаптационного комплекса. Попадая в единую адаптационную систему наш подопечный, переходя из одного приюта в другой (с ухудшением или, наоборот, с улучшением условий проживания и труда) находится под общим контролем, что создает возможность повышения эффективности индивидуальной работы с ним. Только при действии такой единой системы возможно обеспечить полноценный надзор, контроль и управление динамикой адаптации.

Успешность работы социальной адаптации контингента бывших заключённых напрямую связана с адаптационной деятельностью других категорий населения. В частности, переподготовка командного состава бывших военнослужащих позволит им проводить необходимую работу в приютах, осуществлять руководство подразделениями альтернативной службы и организовывать предприятия малого бизнеса в системе приютов адаптации.

Центром совместно с Управлением исполнения наказаний ГУВД разрабатывалась и осуществлялась программа «6+6», включающая адаптационные мероприятия в период 6 месяцев до освобождения из мест лишения свободы и 6 месяцев после освобождения.

Мы прекрасно осознаем, что для эффективного решения стоящих перед нами задач необходима выработка стратегии социальной, психологической и правовой адаптации, включающая в себя исследовательскую, учебную и практическую составляющие. Включение взаимодействия всех основных сил общества: государства, бизнеса, науки и общественной инициативы лежит в основе успешной реализации программы адаптации. Нашими действующими и потенциальными партнёрами в реализации и дальнейшем развитии данной программы являются:

  • Санкт-Петербургский Государственный Университет
  • Санкт-петербургский Университет Педагогического Мастерства
  • Санкт-Петербургская Государственная Медицинская Академия
  • Российский Христианский Гуманитарный Институт
  • Управление Исполнения Наказаний ГУВД СПб и ЛО
  • Санкт-Петербургский Ротари Клуб
  • Санкт-Петербургский Государственный институт сервиса и экономики
  • Конгресс Национальных Объединений России 
  • Голландский Научно-Культурный Институт

Поскольку проблема эффективности помощи находящимся в кризисном состоянии и социальная, медико-психологическая профилактика их дезадаптации является актуальной не только в нашей стране, мы готовы осуществлять творческое сотрудничество с рядом «родственных» государственных учреждений и общественных организаций за рубежом. В решении вопросов социальной адаптации бывших заключенных и других категорий социально отверженных, по нашему глубокому убеждению, огромную роль играет профилактика девиантного поведения и утверждение норм здорового образа жизни. Нельзя справиться ни с каким патологическим явлением, не устранив предварительно его причины. Общество, в котором существуют социально отверженные группы населения патологично и может бесконечно воспроизводить свою патологию если не сумеет объединить все свои здоровые силы в борьбе за выживание. И тут, как нам кажется, на проблему стоит смотреть достаточно широко, не ограничивая свой взгляд рамками узковедомственных циркуляров и предписаний. Однако любое государственное учреждение обязано выполнять лишь свои специфические функции, определенные и ограниченные бюджетным финансированием. В этом реальная сила и слабость государственной структуры. Слабость заключается в том, что проблема, которую необходимо решать гораздо шире ведомственных ограничений. И выход из этого положения, на наш взгляд, заключается в том, что необходимо создавать реальные партнёрские отношения между гос. учреждениями и структурами других секторов общества. Для этого нужна взаимная поддержка и помощь. Специфика настоящего момента в стране заключается в двух бедах. Первая - это абсолютная неразвитость организаций третьего сектора. Структуры этого сектора лишь номинально обозначены и не жизнеспособны (за исключением, финансируемых зарубежными фондами). Это подтверждается статистическими показателями. Так, в Санкт-Петербурге зарегистрировано более 4 000 общественных некомерческих организаций. Реально существуют не более 300, а работают менее 100. (Без зарубежной или бюджетной поддержки работают единицы).

Вторая беда - это гипертрофированная организационная концентрация всех видов деятельности в структурах государственной власти и соответствующая закрытость этих структур. Подобный дисбаланс устраняет возможность партнерского взаимодействия, как разделения полномочий, ответственности и контроля. Иными словами, кризис гражданского контроля. Общественным организациям нечем контролировать государственные учреждения (отсутствие ресурсов), а государству нечего контролировать у организаций третьего сектора (отсутствие реальной работы). Может перед лицом реальной опасности, угрожающей нашему обществу изнутри, мы сможем преодолеть этот кризис?